Волонтерам, восстанавливавшим Приамурье после паводка, самим нечего есть

- Это наш последний крупный груз гуманитарки от Яны Поплавской, - говорит координатор РОУ «Гражданский корпус» Всеволод Махов. На выходных на военном самолете прибыло 35 тонн: 18 из них - питание, 2 тонны - теплая одежда известных марок из Москвы. Много оборудования для просушки жилья и других зданий, того самого, которое способно за трое суток высушить подвал многоквартирного дома или детского сада. Его благотворительный фонд «Предание» и «Гражданский корпус» закупили пополам.

- Разгружали всю ночь, помогали курсанты ДВВКУ и дежурный пожарный расчет Благовещенска, - благодарят помощников волонтеры.

- Если все коробки, которые перетаскал при разгрузке наш Ваня, поставить в ряд, то в длину авианосец, наверное, получится, - шутит Сергей Желяков, представитель НПО «Драйфаст», отвечающий за оборудование для просушки. А неутомимый Ваня Филиппов, подросток-волонтер, радуется возможности целыми днями пропадать в волонтерском штабе на законном основании - каникулы же! Никто ни на что не жалуется.

Груз настолько велик, что на его хранение не хватило выделенных складских площадей в детской областной больнице, куда собирались сразу перевезти питание. Часть его теперь на волонтерском складе на ул. Ленина 122. На фоне стен из коробок с питанием я сфотографировала Севу Махова. А спустя день мне это кажется недоброй иронией: фотография на фоне еды…Этот гуманитарный груз для пострадавших от наводнения действительно последний. В грустном смысле этого слова.

Всеволод Махов: «Миссия на грани эвакуации из-за финансовых затруднений»

Так дипломатично называет нынешнее положение Всеволод. Читай - поток пожертвований резко снизился.

В реальности больше двух месяцев волонтеры питаются, по сути, подножным кормом. Их подкармливают местные коллеги, они сами скидываются на питание из личных денег, готовят что-то из некондиционных пожертвований (когда рассыпался пакет или кто-то, по доброте душевной, положил в коробку из-под водки банку тушенки, пачку риса, носки, свечи и пачку сахара)…

- Перебирать и расфасовывать такие «подарки» по продуктовым наборам - дело очень кропотливое и неблагодарное, - поясняет Махов, как опытный спасатель.- Люди в нашем обществе готовы жертвовать на продукты детям, а на бензин для машины, которая эти продукты отвезет, - нет… - Он тактично уходит от вопроса: «На что вы живете эти два с половиной месяца?» Мы беседуем за обеденным столом: настоящий мужской стол с недомытыми кружками и одноразовой посудой. Из еды там остатки вчерашнего покупного салата и пакет кофе граммов на 500. Мой наметанный хозяйский глаз замечает неподалеку еще пакет дешевого молока, открытую банку консервов и обертку от шоколадки: ну да, амурские коллеги в основном женщины - видно, принесли к чаю. Потом Махов признается: друзья из «Гражданского корпуса» вчера им прислали три тысячи рублей на питание. Из личных сбережений.

Сергей Желяков, проживший в Благовещенске около месяца, признается, что выпадает из своих джинсов. Сева Махов живет тут почти в два раза дольше, ни на что не жалуется, но мне удалось узнать, что на еду он потратил около 35 тысяч из личных денег.

- Мы ни рубля не получаем в качестве зарплаты или командировочных, это принципиально прописано в уставе «Гражданского корпуса», - терпеливо объясняет он мне. И рассказывает всю схему финансирования спасательной операции. - Пожертвования идут исключительно на закупку гуманитарной помощи и оборудования, на топливо для автомобилей и теплопушек, на аренду транспорта. - Мы гордимся, что ни рубля не снимаем на питание и не берем продукты из организованных грузов.

Я смотрю на Всеволода - он сильно похудел за те два месяца, которые я его здесь знаю. Константин Сарваниди, его коллега, сдал еще быстрее. Поддерживают, конечно, друзья, пересылая собственные деньги или приглашая на домашний борщ, но я представляю, как трудно, да и голодно, наверное, мужчине, физически работающему как заправский грузчик и не наедающемуся толком почти ежедневно.

Тайны из соцсетей

В своем блоге в соцсетях Махов откровеннее: «Учитывая, что пожертвования в последнее время поступают крайне слабо - тема наводнения на Амуре стала неактуальной, а бюджет операции подорван огромными расходами на дизтопливо для тепловых пушек и закупкой драйфастов (осушители), которые прилетели с этим бортом, ситуация выглядит сложной… С одной стороны, разум подсказывает, что миссию надо немедленно эвакуировать. Если нет денег на бензин, питание и другие расходы - надо заканчивать. С другой стороны, остановка операции сейчас пускает насмарку многие усилия. Останутся недосушенными дома, распределение полученной одежды придется пустить на самотек. Ибо невозможно распределение гуманитарного груза на основе объективной оценки без личного присутствия. Что с драйфастами делать - тоже не понятно. Передавать кому-то? А будут ли их там использовать эффективно - и вообще будут ли использовать? На это ведь тоже нужны расходы - машины заправлять, людей отряжать для установки и сбора оборудования, все это деньги. Куда ни кинь - всюду клин.Выход один - обращаться к добрым людям, чтобы опять помогли деньгами. Притом по возможности срочно - бюджет уже не то что нулевой, он отрицательный. Есть даже долги. Понимаем, что жертвовать на одежду, продукты и игрушки для детей приятнее, чем на административно-хозяйственные расходы миссии, но другого выхода нет. Одно без другого не бывает...»

Есть еще одно обстоятельство: первого декабря помещение склада на улице Ленина тоже необходимо освободить. Сева, как уже и последние восемь раз, собирается домой, в Екатеринбург, «через недельку». Благо авиаперевозчик подвезет бесплатно.

Владимир Доля, директор детского оздоровительного лагеря «Колосок», знаком с ребятами-волонтерами не понаслышке и удивлен таким положением. По его мнению, вопрос с питанием волонтеров вполне можно решить на местном уровне.

- Да мы готовы их сами кормить! Люди доброе дело делают, помогали тут нам, столько детей одели-обули из Серышевского района, из Гродеково, если мы что-то просили, они всегда помогали. Им тоже надо помочь. Когда они приезжали, мы их спрашивали: может вам что-то необходимо, вы же приезжие? - Они всегда благодарили и вежливо отказывались.

Михаил Кузменко, курирующий волонтеров в областном правительстве, тоже удивлен постановкой вопроса:

- Волонтерской деятельностью люди занимаются по зову души. Они никогда не обращались с просьбой о питании. Помощь в организации проживания мы оказали, а если Всеволод скажет, что нужна тарелка супа, да я сам лично их накормлю.

Зная Махова, могу сказать: не обратится, точно. Это один из принципов «Гражданского корпуса». Он называется «автономность». Но если в ближайшее время не возобновится поступление пожертвований, то мы в Приамурье останемся без помощи опытных специалистов. А мороз уже ударил, и весной растает то, что замерзло. И я уверена, что большинство из тех, кого наводнение пощадило, даже не вспомнят о том, что оно натворило.

ЛИЧНОЕ МНЕНИЕ

Пик паводка прошел. Никто не погиб. О крупнейшем за сто лет наводнении на Дальнем Востоке все как-то быстро забыли. Ну да, скоро же Новый год! Надо откладывать на подарки! Какие уже пожертвования?! Какие там волонтеры?!

Конечно, когда выезжаешь с гуманитарной миссией в район ЧС, понимаешь, что это не курорт с усиленным питанием, не санаторий. Что и в грязи придется повозиться, и вкалывать до изнеможения, и жить в спартанских условиях. Волонтеры не ждут благодарности. Стараются обходить вопросы об условиях жизни, стараются не иметь дела с наличными деньгами вообще и приходят на домашний борщ, только если приготовил его кто-то из местных друзей-добровольцев. Чтобы никто не подумал, что они хоть что-то взяли себе, хоть как-то не по назначению потратили пожертвованные деньги. Каждый шаг и каждый транш публикуют в Сетях, чтоб не давать повода для сплетен и косого взгляда.

Но неужели люди, столько сделавшие для подтопленцев, не достойны хотя бы бесплатного питания? Пострадавшие в ПДП получают талоны на сумму, которая равна бюджету моей многодетной семьи на питание в день, при этом многие не работают, а маются от безделья или, извините, бухают. Другого слова не подберешь. И если бы не наши давние знакомства, не узнала бы я о «волонтерском режиме питания».

КСТАТИ

Первые волонтеры во главе с известным блоггером Митей Алешковским прилетели в Приамурье 22 августа. Их было двенадцать человек. Почти все из Москвы. Коллеги из Екатеринбурга, в том числе Всеволод Махов, присоединились к ним на следующий день. Специалисты по просушке домов из Краснодара и Санкт-Петербурга приехали около месяца назад. Сейчас волонтеров в Благовещенске осталось трое: Всеволод Махов (Екатеринбург), Константин Сарваниди (Краснодар), Сергей Желяев (Санкт-Петербург).

За время выполнения волонтерской операции на затопленные территории добровольцами из других городов и амурскими волонтерами доставлено более 25 тонн питьевой бутилированной воды, 24 тонны продовольствия, 21 тонна бытовой химии, 600 комплектов новой детской одежды, 300 пар новой детской обуви, 16 тонн детского питания (это не считая каш), 2,5 тонны детских молочных смесей, 20 кубометров памперсов (и детских, и взрослых).

В целом ими разгружено и перевезено больше 70 тонн грузов и рассортировано одной только подержанной одежды более 60 кубометров.

А вы как считаете, может, волонтерам уже действительно пора уезжать?