В гости на родину приехали дети, больше десяти лет назад усыновленные американцами

Заграничную фамилию Лоттрел Зоя Тулисова получила в 2000 году, в возрасте двух лет, когда ее и еще одного мальчика-сироту, пятилетнего Ваню Селантьева, бездетная чета из Техаса усыновила и увезла в США. Сейчас они живут в Шугаленде, недалеко от Хьюстона. Дети - хотя какие они уже дети, Зое пятнадцать, а Ване восемнадцать лет - не говорят по-русски, но давно хотели побывать на исторической родине, на далеком Дальнем Востоке.

Удивительно, но Зоя может читать русский текст, правда, не понимает, что написано. Ваня (даже в американских документах он именно Ваня), не знает ни слова, но его лучшая подруга в Техасе - четырнадцатилетняя Юля, тоже удочеренная из России и не забывшая свой язык.

- Ваня до шести лет болтал по-русски без остановки, а потом как отрезало, - признается его приемная мать Андреа Лоттрел. - А мы, когда оформляли ему новые документы, не знали, что его полное имя Иван, так он и остался Ваня.

Да, американские родители оставили детям русские имена. В большом Хьюстоне полно выходцев со всего света, так что имена Ваня и Зоя не кажутся окружающим чем-то странным. Юноша увлекается каратэ и плаванием, заканчивает школу с высоким баллом и подумывает пойти по стопам приемного отца, стать инженером-нефтехимиком. Как большинство американских подростков, он кажется немножко наивным по сравнению с российскими сверстниками.

- Я увлекаюсь каратэ, потому что хотел быть как Джеки Чан и Брюс Ли, - улыбается Ваня.

Зоя в свои пятнадцать - не выше метра пятидесяти, не сидит ни минуты спокойно, и ее наивность и живость имеют другую природу. Синдром рассеянного внимания - самое невинное из «наследства» биологической матери, доставшегося девушке.

Лоттрелы с детьми живут в хорошем районе, в большом доме с пятью спальнями, две из которых стоят пустыми. Других детей у них нет и не было.

Дым отечества не сладок…

Мать Зои умерла. Замерзла в пьяном угаре. Девушка узнала это на днях, приехав с родителями в Благовещенск. И она, и Ваня давно знают, что усыновлены. И что биологически они не брат с сестрой. И что все физические и психические проблемы Зои - последствия алкоголизма ее биологической матери.

Девушка призналась, что ей стало легче, когда она поняла, что не сама виновата в своих особенностях. Сейчас она обучается дома, контактна и адекватна, добрая, разве что ведет себя слишком по-детски для своих пятнадцати. Как десятилетняя.

Приемная мать, Андреа Лоттрел, оставила работу квалифицированной медсестры в детском международном реабилитационном центре в Техасе, проработав там 15 лет, чтобы полностью посвятить себя детям. Но Зоя и ее американские родители понимают, что и сейчас девушка, пожалуй, никогда не сможет жить самостоятельно. Ей обязательно нужен внешний контроль.

У Зои в России остались брат и сестра по матери. Зоя долго мечтала о встрече с ними. Антону и Маше в плане здоровья повезло больше. А вот об остальном нельзя говорить однозначно.

- Когда я увидела фотографии Зои и Вани, у меня даже сомнений не возникло, что это будут мои дети… - Андреа вспоминает, как у нее ёкнуло сердце. Из семи предложенных фотографий эти двое запомнились сразу. Информации о них предоставлялось очень мало. То, что мать Зои - алкоголичка, Лоттрелов не испугало.

- Я с 19 лет работаю при церкви с детьми из бедных районов, - рассказывает 53-летний Грегори Лоттрел. - Видел много чего. И знаю, что каковы бы ни были данные и проблемы у ребенка, лучше всего он отзывается на любовь.

Первая встреча

- Зою и Ваню мы впервые увидели, когда уже приехали за ними, - вспоминают супруги. - Зоя казалась совсем крошечной рядом со взрослой нянечкой, которая ее привела. Нас предупредили, что ребенок может испугаться мужчины, ведь в доме ребенка работают одни женщины. Но первое, что сделала Зоя, когда вошла, - ухватила Грэгори за палец и уже не отпускала. Она сразу стала «папиной дочкой».

Ване было уже пять, его привезли из Свободненского детского дома. Новые папа и мама тогда принесли ему небольшую сумочку с подарками - машинками. Лотреллы общались с мальчиком весь день, а вечером его забрала воспитательница.

- Меня особенно тронуло, когда воспитательница рассказала, как утром Ваня собрал подаренные игрушки в сумочку, сел на кровать и серьезно спросил: «Когда мы пойдем к папе и маме?» - делится воспоминаниями Андреа Лоттрел.

- Процесс усыновления в 2000 году был похож на настоящую беременность, - шутит она, - проходил тяжело и долго. А когда закончился, мы испытали радость и облегчение. Правда, похоже на роды?

Она вообще много смеется, хотя еще пару дней назад их семье было не до смеха. Как и в том, уже далеком 2000-м, когда Грегори узнали, что у Зои есть еще родные брат и сестра - Антон и Маша Туровцевы, 7 и 12 лет, дети Зоиной матери.

- Я тогда позвонил жене и спросил, как она отнесется, если у них будет четверо детей, - вспоминает сдержанный Грегори. Ответ был однозначный.

И тогда Лоттрелы переехали в новый дом и начали собирать документы заново. Следующий процесс длился 14 месяцев. Но в усыновлении брата и сестры Туровцевых Лоттрелам отказали. И вот почему.

Как чертик из табакерки на процессе по усыновлению появилась дальняя родственница - двоюродная бабушка, она слезно просила не отдавать ее кровинушек за границу, обещала воспитать сама. Суд удовлетворил желание родственницы.

Почти сразу после этого Антон, находясь у новой бабушки в гостях, по недосмотру попал под лошадь… А две спальни в доме Лоттрелов остались пустыми.

…Он жалеет, что не уехал

Приехав через тринадцать лет в Приамурье, Лоттрелы нашли Туровцевых. Встреча с братом состоялась в православном реабилитационном центре для наркозависимых «Ковчег». 20-летний Антон проходит там лечение от тяжелых синтетических наркотиков, имеет пять судимостей, в том числе и за кражу у своей бабушки, и мечтает выучиться на повара.

- Я знала, что когда-нибудь тебя увижу, - бросилась к Антону Зоя. Он в ответ ее обнял. На крыльце «Ковчега», бывшего психодиспансера, брат и сестра увиделись первый раз в жизни.

Маша, симпатичная молодая женщина, старшая сестра Зои, поступила в свое время в педуниверситет, отучилась полгода и после первой несданной сессии перевелась в педучилище. Закончила. Сейчас работает в одном из лицеев Благовещенска. В свои 25 лет она уже разведена. Сейчас Маша ждет ребенка от мужчины на 13 лет старше себя. Гражданский муж очень обеспеченный человек. Говорит, что они обязательно поженятся.

- Мы спросили Антона и Машу при встрече, хотели бы они приехать к нам в Шугалэнд, учиться там, ведь усыновить их мы уже не можем, - рассказывает Грегори Лоттрел. - Антон ответил, что хочет, жалеет, что тринадцать лет назад не уехал с нами. Маша снова сказала: «Нет». И мы ее понимаем. Она выросла, у нее семья, и скоро родится ребенок.

Понимают Лоттрелы и то, что привести в дом человека, больного наркоманией, просто так нельзя, это может быть опасно и для него, и для окружающих. К слову, родной брат Андреа сам руководит реабилитационным центром для бывших наркоманов, прошел через такую зависимость лично и знает вопрос не понаслышке.

- Мы очень хотим помочь Антону, но не знаем как, - признаются Лоттрелы.

Вчера они улетели из Благовещенска в Санкт-Петербург, чтобы показать детям город. Вернутся ли они еще в Приамурье, не известно.

От автора: Понимаю, что описанная история выпадает из негатива в СМИ, которого оказалось внезапно как-то много. Я далека от мысли, однозначно трактовать историю и делать широкомасштабные выводы из частных случаев. Но, с другой стороны, то, как сложилась жизнь брата и сестры Туровцевых - достаточно типично для ребят из детдома. Особенно для мальчишек. Статистику можете поискать сами. А Маша вроде даже и неплохо устроилась в конце концов. Двоюродная бабушка действительно их любит и заботится, насколько это по силам 70-летней женщине из села. Гарантий, что судьба Антона сложилась бы иначе, усынови его Лоттрелы, конечно, нет. Какие вообще могут быть гарантии, когда речь идет о человеческой жизни? Но вот Зоя… Вы уже себе примерно представляете, что стало бы с ней, останься она в детдоме? Примеры на улицах города всегда впечатляют…

Автор ждет ваших откликов на сайте и по телефону 8 (4162) 20-19-32 и 20-19-73.

ВОПРОС ДНЯ

Нужно ли было полностью вводить запрет на усыновление российских детей иностранными гражданами? (Запрет на усыновление детей гражданами США, так называемый «Закон Димы Яковлева», уже введен. Одобрен президентом и запрет на усыновление в те страны, где легализованы однополые браки):

Заместитель министра здравоохранения Приамурья Наталья Викторовна Климова:

- Однозначно тут ответить нельзя. Усыновители - люди разные, и цели у них разные. Кто-то усыновляет сердцем, у кого-то честолюбивые планы, у кого-то и поиски материальной выгоды. И такие цели не только у иностранных усыновителей, но и у российских. Зачастую сложно понять, как в обычной-то семье родители к своим детям относятся. Случаи и здесь бывают ужасные. Я считаю, что общество у нас нацелено неверно, нужно, чтоб было больше поддержки тех, кто усыновляет, а не пересуды о негативе.

Директор интерната №12 в г. Свободном Александр Петрович Цвентух:

- У нас из интерната никто за границу детей не усыновлял, меня этот вопрос не интересует. Даже заострять внимание на нем не хочу.

Уполномоченный по правам ребенка в Приамурье Наталья Павловна Третьякова:

- Однозначно, просто как человек, я сказать не могу. Безусловно, историй усыновления с хорошим концом, наверное, больше. Но случаи, попадающие в поле зрения уполномоченного по правам ребенка при Президенте РФ, вопиющи и требуют вмешательства. Сейчас в стране создаются все условия, чтобы дети усыновлялись в российские семьи и воспитывались на родном языке. Уже упрощены условия усыновления, а в Амурской области, например, только на уровне субъекта, увеличена выплата семьям, принимающим в свою семью детей. Дети - это наше будущее, наш потенциал. Они должны жить и развиваться в родной стране.

Илья Коновалов, многодетный отец:

- Лично я такой запрет не поддерживаю, но и полной глупостью не считаю. Тут дело даже не в представленных в СМИ фактах, а в иностранном менталитете, с которым приходилось сталкиваться. Например, люди за границей создают семьи в возрасте уже за 30, не имеют детей и усыновляют их, чтобы решить свои психологические проблемы, а потом возникают сложности. Но знаю также очень много примеров, когда семьи принимают детей не только из России, например, и дети там счастливы.

Русский, читатель «КП»:

- Нельзя отдавать своих детей. Ни в коем случае! Все за границу и так бегут - ученые, спортсмены и прочие. А тут, выходит, мы своих же сами же… Если так и дальше пойдет, что от нашей страны останется?! Пшик и только…

Виктор, читатель «КП»:

- Я бы согласился на такой запрет, если бы среди наших соотечественников было полно желающих усыновить детей. А то выходит, что ни тебе, ни мне. А страдают от этого дети! Ведь и среди наших полно мамаш и папаш, которых и родителями-то можно назвать с большой натяжкой. А в программы новостей попадают только «ах какие плохие иностранцы». Там ведь и хороших полно.

Я против, читатель «КП»:

- Видела я мальчиков и девочек из наших детдомов. Уж лучше пускай их американцы да немцы воспитывают, чем наша детдомовская прогнившая система! Хоть людьми вырастут.