В Приамурье похоронили очередного убитого в родительском доме ребенка

Погибшего от рук пьяного сожителя матери 13-летнего Илюшу Кочеткова похоронили в прошлую пятницу. Следователь Свободненского межрайонного следственного управления Следственного комитета Амурской области Станислав Кольной рассказывает:

- Смерть наступила 21 августа от тупой травмы головы с переломом костей черепа. Предположительно, мальчик пытался защитить маму от избивающего ее пьяного мужчины, и тот ударил его табуретом по голове.

Следователи прибыли на место происшествия спустя сутки. А сразу смерти ребенка никто даже не заметил.

Мамашин ухажер объявился в семье Кочетковых несколько месяцев назад. Потом он уехал на вахту, а 21 августа вернулся с деньгами и устроил в квартире, где Илюша жил с матерью, грандиозную попойку. Дойдя до кондиции, пьяный кухонный боксер стал избивать мать, а мальчика, пытавшегося за неё заступиться, в два удара усмирил табуретом. Надеясь, что некстати путавшийся под ногами пацан сам оклемается, «заботливый» дядя прикрыл его одеялом и продолжил пить. Только наутро обнаружив бездыханное тело, он вызвал участкового и во всем чистосердечно признался. А пьяно спавшая в соседней комнате мамаша в себя не пришла, даже когда в ее квартиру пригласили понятых. Одна из них, старушка-соседка, заламывая руки, поведала «Комсомолке»:

- Уже мы подписали все, а она так ничего и не поняла. Взгляд мутный, и ни слезинки, как будто вообще не ее сына убили. Ее милиционеры выводят, а она на ногах не стоит, зато бутылку пива сообразила схватить, еле отобрали…

Как ни чудовищно это звучит, но свободненцев происшествие хоть и шокировало, но уже не удивило. За последние полгода это третий случай. Пятого мая в реанимацию доставили семилетнюю Кристину, избитую до полусмерти родным отцом (к счастью, девочка выкарабкалась). 14 мая туда же доставили Ванечку Голубкова, где он, не приходя в сознание, умер (подробно читайте в номере за 1 июня и на сайте kp.ru). Тринадцатилетнего Илью Кочеткова в больницу везти не пришлось.

Семья не проблемная?

Казалось бы, все ясно: убийца сознался сам, и преступление раскрыли еще до похорон Ильи. Но необъяснимого в этой истории слишком много. Как рассказали в городском управлении образования и подтвердили в администрации города Свободного, семья Ильи Кочеткова не состояла на учете как неблагополучная. Случившееся для чиновников стало громом среди ясного неба. И действительно, в актах посещения семьи учащегося и актах обследования жилищно-бытовых условий, составленных педагогами свободненской МОУ СОШ № 6, черным по белому написано: «Семья не проблемная». Что это значит? А то, что состоит она из двух человек, проживает в трехкомнатной благоустроенной квартире. Отношения в семье добрые, доверительные. Мама заботлива, занимается воспитанием сына, школу посещает, оказывает помощь в обучении. Однако в тех же актах можно прочесть: «Материальный достаток в семье ниже среднего: доход семьи – пенсия по утере кормильца (мать не работает). И в заключение: «Постановка семьи на школьный учет в статусе малообеспеченной семьи, включение Ильи в списки на бесплатное питание». И все это написано одними и теми же школьными педагогами!

Заставляет усомниться в семейном благополучии и прошлогодняя Илюшина карточка индивидуального контроля, где встречаются записи о беседах с мальчиком и мамой по поводу его отсутствия в школе. В 2010 году причины пропуска занятий числятся уважительными. А год спустя все в тех же актах посещения семьи учащегося читаем: «Квартира закрыта, на звонки никто не отвечает. Из разговора с соседями установлено, что семья находится в отъезде». Или: «В квартире побывать не удалось. Открыл дверь Илья, разговор состоялся на лестничной площадке по причине того, что мама спала. Из беседы выяснилось, что ребенок отсутствовал по причине травмы руки».

Сомнения в «непроблемности» семьи погибшего мальчика вызывает и письменное сообщение директора школы № 6, отправленное в городскую прокуратуру уже после трагедии: «Во втором классе по решению ПМПК Кочетов Илья был переведен на индивидуальное обучение по массовой программе. Диагноз: смешанные психические расстройства психического развития». Занимался индивидуально мальчик до шестого класса, а потом по его желанию и заявлению матери ему разрешили учиться в классе со сверстниками. И хотя в течение прошлого учебного года конфликтов с детьми у него не было и Илья стремился к общению, друзей в классе он не имел.

Похороны Вани Голубкова.

В квартире пили постоянно

«Благополучную» квартиру, где жил Илья с мамой, видно за версту. Очень уж выделяется на фоне пластиковых окон грязное стекло и давно требующая покраски рассохшаяся деревянная рама. Едва мы подъехали к дому, соседи наперебой стали рассказывать об истинном благополучии его семьи (видео смотрите на сайте kp.ru).

- Здесь отчим ребенка на днях убил? - спросила я у старушек на лавочке.

- Какой отчим?! Мы этих отчимов столько повидали! Меняла чуть не каждый день…

Бабульки в красках поведали о «счастливом» детстве погибшего мальчика:

- Пили они все. И Илюшку за самогоном гоняли. Дед у Ильи умер с похмелья. Потом бабушка, что-то у нее с печенью было. От кого мать Илью родила, не помню, но не нужен он ей был с рождения. Бабушка жива была - ухаживала. А как не стало ее, мать гуляет, а мальчишка один дома сутками, и поесть никто не сварит, голодный ходил вечно. А если мать дома, то еще хуже - компанию притащит, они пьют до утра, а он воет, как волчонок.

В ночь, когда убили мальчика, соседи слышали шум пьяного кутежа за стеной, и крики ребенка тоже слышали.

- Как же так, слышали - и никто не помог? - не сдержалась я.

- У них это постоянно было, мы привыкли. Как-то старшая дома пыталась на них жаловаться, а в ответ никакой реакции.

Сами помочь мальчику соседи не разбежались, но чужая фальшь всегда виднее, чем собственная:

- Рассказывают сейчас, какой он талантливый был и стихами Есенина увлекался. Какие там стихи? На одних матах разговаривал и ничего больше не видел…

И тут же, смутившись, старушка добавила:

- Не злой он был, здоровался, но мог и нагрубить…

Можно, конечно, обвинить соседей в черствости и равнодушии. Только вот пожилой водитель, катавший меня в этот день по городу, невзначай поделился:

- Со мной по соседству бабка жила. Пила запойно вместе с сыновьями. Как-то слышу - за стеной возня, и кричит она что есть мочи: «Помогите!» Пошел помогать - не открывают. Бабка кричит: «Ломай дверь, убьет он меня!» Выломал, слегка поддал ее пьяному отпрыску, тот вроде успокоился. А наутро бабка написала на меня заявление в милицию, мол, я сына ее избил. С тех пор зарекся в их пьяные скандалы вмешиваться.

Что тут скажешь? Все мы имеем право на частную жизнь, и чужаков, пытающихся в нее вмешаться, насобачившиеся в скандалах маргиналы научились быстро отшивать, ссылаясь на закон.

Безутешная мать

С мамой Ильи мы пытались встретиться в городской травматологии. Туда, по словам соседей, ее, избитую, увезли после того, как она только и смогла сообщить полиции о полном провале памяти в ту страшную ночь.

- Хлопот вам не доставляет? - интересуемся у сестричек в приемном покое.

- Протрезвела, тише воды и ниже травы. Сегодня уходила, но уже вернулась, - шепнула одна из них.

Уходила она, судя по времени, проститься с сыном, вопреки ожиданиям соседей - проснулось в ней материнство. О похоронах Илюши, кстати, хлопотала не она. Деньги на похороны собирали родители и ученики шестой школы, где учился Илюша. Соседи, чем могли, помогли, так и схоронили. А мать на кладбище идти не решилась, говорят, простилась у морга и вернулась в больницу.

Не по возрасту обрюзгшая, обезображенная синяками женщина, вышедшая к нам, беседовать отказалась наотрез. Лишь, закрывая лицо скрещенными руками, всхлипнула:

- Нет. Мне сейчас…

Нажать кнопку выставленного наизготовку фотоаппарата я не смогла. А лечащий врач не смог нарушить профессиональную этику и сообщить прессе о состоянии больной. Нельзя. Она ведь человек и гражданин с правами, защищенными Конституцией. Только вот почему же у Ильи положенного права на счастливое детство не было?

Кристина говорит, что ей сейчас хорошо с мамой и младшим братом.

За смерть сына - два года условно

Ожидать, что за загубленное детство мамаша Ильи ответит по закону, не приходится. Ведь мать погибшего в мае Ванечки Голубкова отделалась двумя годами условно. Именно такое решение 19 августа вынес Свободненский городской суд Елене Костюк, признавший ее виновной в невыполнении родительских обязанностей и жестоком обращении с ребенком. Суд учел, что на ее иждивении находится несовершеннолетний ребенок. Главный специалист отдела социально-педагогической поддержки и реабилитации детей управления образования города Свободного Надежда Чмутова поясняет:

- Мы пытались лишить Елену Костюк родительских прав в отношении старшего сына, но не удалось. Наше требование отклонил сначала городской суд, а 17 августа отказ в удовлетворении кассационной жалобы пришел и из областного суда.

В таких случаях у суда одно объяснение - для лишения родительских прав недостаточно оснований. А по-человечески это объясняется просто: лишить-то можно легко, а куда потом девать этих неприкаянных детей?

Благополучные родители… и не только они

Напомним, Ваню Голубкова, так же как и Илью Кочеткова, убил сожитель матери. И, как нам стало известно, сейчас Константину Бортникову, признанному виновным в убийстве Вани Голубкова, светит еще одна статья, за истязание. Бортников неоднократно издевался над двумя беззащитными детьми с молчаливого согласия их родной матери.

Между тем согласно формальной характеристике из школы, где учился Ванин старший брат, мамаша тоже числилась в благополучных, цитируем: «С особой внимательностью относится к своему ребенку, рассудительна, при общении с ней сложилось положительное впечатление». О самом братишке там же сказано: «Уровень тревожности в пределах нормы, эмоционально-личностных отклонений не выявлено». Только вот следствию ребенок рассказал вовсе не о домашнем благополучии и материнской заботе: «Я часто убегал на балкон, потому как не мог слушать, как кричит Ваня. Я пытался иногда Бортникова остановить, но он становился еще свирепей, я всегда боялся того, что после избиения Ивана он начнет меня избивать». Дальше, в чудовищных подробностях описывая зверства материнского сожителя, мальчик обмолвился: «Ваня часто жаловался маме, я же маме ничего не говорил, потому как видел, что мама никаких мер по нашей защите не принимала». Ребенок в своих показаниях вспоминает, что мама пыталась заступаться, и даже ругалась с Бортниковым, защищая детей, а потом они мирились. За день до того, как изуродованный многодневными побоями младший сынишка попал в реанимацию, она собственноручно написала заявление в детский сад, ставя администрацию в известность, что больше дошкольное учреждение он посещать не будет. А что самое необъяснимое - когда только началось следствие, своего сожителя-изверга она пыталась выгораживать.

Необъяснимо и поведение родного Ваниного отца. Безутешно-скорбящий, он рассказал следствию, что расстался со своей гражданской женой именно из-за ее страсти к спиртному. Сам он, кстати, на тот момент жил с другой женщиной и воспитывал ее ребенка. Почему же он даже не попытался забрать у пьющей матери родного сына? Ведь, как он сам рассказал следствию, сын неоднократно говорил, что хочет жить с ним. Узнать, кто именно для Вани стал «новым папой», он тоже не потрудился. А ведь узнать было несложно, один из соседей его бывшей гражданской жены рассказал следствию: «Употребляла совместно с сожителем спиртное, Ваню видели во дворе без присмотра. Бортников конфликтовал с соседями из-за того, что они высказывали ему за детей без присмотра».

Вся эта правда всплыла, когда Ванечке уже ничем нельзя было помочь. Опоздала помощь и к Илье. Пока не случится непоправимое, взрослые не замечают мучений детей, подрастающих в до поры «благополучных» семьях.

КОММЕНТАРИИ ЧИНОВНИКОВ

«Делаем все возможное, пытаясь защитить детей»

На вопрос, какие меры приняты, чтобы защитить детей от пьяного семейного беспредела, заместитель главы Свободненской администрации по социальным вопросам Наталья Грушко ответила так:

Заместитель главы администрации Свободного по социальным вопросам Наталья Грушко.

- По требованию прокурора города еще в июне (после убийства Вани Голубкова. – Авт.) был принят ряд мер. Проведен анализ семей детей, посещающих школу и дошкольные образовательные учреждения, при котором собрана информация о нарушении прав детей со стороны родителей и о неполных семьях, где дети воспитываются отчимами и мачехами. Также выявлены семьи, где родители не работают, употребляют спиртные напитки, и семьи, в которых детей из садиков забирают бабушки, дедушки и другие родственники. Проанализировав эту информацию, специалисты управления образования выявили, что сейчас 1282 ребенка города Свободного проживают в семьях, относящихся к группе риска. Из этого числа выделены 302 наиболее проблемные семьи. Из них 129 уже состояли на учете. Также в городских СМИ опубликованы номера детских телефонов доверия, учреждений, оказывающих различные виды помощи несовершеннолетним, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Помимо этого, органами системы профилактики ежедневно проводятся рейды по семьям из группы риска, во время которых с родителями ведется профилактическая работа, а при необходимости детей изымают из семей.

МНЕНИЕ РЕДАКЦИИ

Вечно пьяные мамки и папки рожают все новых мучеников. И чиновники тут бессильны…

Из вышесказанного ясно, что меры по защите детей от их же вечно пьяных родителей Свободненская администрация предпринимает. Население после трех трагедий тоже стало активней, звонки на телефоны доверия от бдительных граждан поступают чуть не ежедневно. Специалисты органов опеки, которых на город всего трое, буквально выбиваются из сил.

- Праздников и выходных ждем с тревогой, трезво горожане отдыхать не умеют, а где спиртное - жди несчастья и вызова на очередную семейную трагедию, - в сердцах обмолвилась Надежда Чмутова.

Еще один, неофициальный, но близкий к Свободненской администрации источник сообщил:

- Город асоциальный. На его территории ЛИУ (туберкулезная зона), два специальных образовательных учреждения интернатного типа для детей с отклонениями в развитии, а недалеко от города находится Юхтинская спецшкола (проще говоря – тюрьма для малолетних преступников). Все эти учреждения асоциальные элементы в город поставляют исправно, а выдворить их невозможно.

Тот же источник рассказал, что сейчас пытаются отправить по месту жительства пятерых выпускников свободненского интерната № 12. Еще несколько лет назад они должны были уехать туда, где родились и где имеют право на жилье (Благовещенск, Уруша, Тамбовка, Екатеринославка и Завитинск). Но покидать Свободный они не торопятся, предпочитают здесь пить, гулять и рожать. Одна из бывших воспитанниц интерната вот-вот должна родить третьего ребенка. Ожидать, что она станет для него хорошей матерью, увы, не приходится. Дети, выросшие без родительского тепла, просто не способны стать хорошими родителями. Живой пример тому - мама избитой в мае Кристины. Квартиру в Свободном она получила как оставшаяся без попечения родителей. Мужу-алкашу сейчас светит срок за жестокое избиение дочери. Она, безработная, с двумя ребятишками на руках, только и может, что запуганно опустить глаза, избегая расспросов о той майской семейной трагедии. Страшно прогнозировать, что с такой мамой ждет Кристину и ее двухлетнего братишку. Девчушка робко сказала мне, что живется ей с мамой хорошо. А как на самом деле - нельзя узнать, только верить, в это детско-запуганное «хорошо» никак не получается.

Можно сколько угодно обвинять местных чиновников в бездействии, только могут ли они что-то сделать, кроме как привлечь родителей к формальной ответственности по статье 5.35 КоАП РФ. Могут они, конечно, в особо критических ситуациях забрать детей и определить в интернат или детский дом, что и делают систематически. Только мест в этих учреждениях давно уже не хватает. Вырванным из пьяного бедлама детишкам приходится месяцами ожидать своей очереди на путевку в социальной палате при Свободненской городской больнице. Ясно одно: пока не появится закон, реально, а не формально наказывающий вечно пьяных родителей, защитить детей, с рождения обреченных на муки, невозможно. А тем временем пьяные мамки с папками безостановочно рожают все новых и новых мучеников.

Звонок уполномоченному по правам ребенка в Амурской области Виктору Марценко

«Звоните депутатам Государственной думы!»

Официально ответить на вопрос: как защитить свободненских детей от пьяного домашнего насилия? - уполномоченный по правам ребенка в Амурской области отказался.

- Кастрировать таких родителей нужно! - рявкнул Виктор Васильевич, еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить надоедливой прессе.

- Вы ведь понимаете, что законом запрещено их кастрировать, и они безнаказанно рожают пачками, калечат и убивают…

- Что я могу сделать, если у нас такой закон? Звоните депутатам Государственной думы.

Можем ли мы хоть как-то защитить детей, имеющих право на жизнь и счастливое детство только на бумаге?

Автор ждет ваших откликов на сайте kp.ru